Главный тренер «Балтики» Андрей Талалаев ответил на критику Леонида Слуцкого, возглавляющего «Шанхай Шэньхуа».
- В ходе игры «Балтика» – ЦСКА (1:0) в 21-м туре РПЛ Талалаев выбил мяч на трибуны, когда полузащитник москвичей Энрике Кармо шел исполнять аут. Хавбек толкнул специалиста, после чего началась потасовка. Главный тренер ЦСКА Фабио Челестини что-то говорил тренеру «Балтики» на повышенных тонах. Ассистент Талалаева Юрий Нагайцев оттолкнул швейцарца.
- Слуцкий ранее так прокомментировал поведение Талалаева: «Он в игровом стрессе теряет человеческие обличия. Просто ### мяч на трибуну, а потом подвел под это теоретическую базу».
«Я стараюсь не отвечать дилетантам, трусам и людям, которые далеки от футбола. Но вот, например, Леониду Викторовичу Слуцкому отвечу.
Мы, кстати, виделись с ним на «Локомотиве», когда он прилетел из Китая. Тогда мы минут двенадцать обсуждали его комментарии по поводу матча с ЦСКА. В лицо он мне сказал, что не совсем понял мой поступок, но не высказывал какой-то серьезной критики. Просто я услышал несколько моментов, которые мне показались странными.
Когда он сказал, что мяч летел ко мне, а я якобы не знал, что делать, поэтому просто выбил его... Но ведь любой игровой эпизод решается заранее. Пока мяч летит к тебе, ты уже понимаешь, что будешь делать после приема.
Я на сто процентов понимал, что мне нужно затянуть время. Вопрос был только в том, как именно это сделать. Можно было выбить мяч в соперника, можно было отправить его в сторону. Я понимал, что придется жертвовать, но нужно было разбить этот последний отрезок матча, чтобы судья подошел ко мне.
Поэтому я сделал все максимально академично: поймал мяч, отвернулся, подбросил, выбил – фактически сделал три касания. И вдруг кто-то толкает меня в спину, после чего начинается вся эта история.
То есть Леонид Викторович искренне считает, что я действовал ситуативно, не понимая, что делаю. Для меня это странно. Второе, что я услышал, – его слова о том, что бывают такие стрессовые матчи, когда думаешь: «Скорее бы все закончилось. Пусть даже 0:8, лишь бы уже конец».
У меня за всю жизнь такого ощущения не было. Да, я еще не боролся за чемпионство, как он, возможно, в таких матчах эмоции другие. Я допускаю это. Но мне кажется, что это индивидуальное восприятие.
У меня не было ни одной игры, в которой я не продолжал бы бороться до последней секунды. Более того, еще два часа после матча меня лучше не трогать. Даже если мы не выиграли, я готов загрызть любого, кто скажет, что мы не заслуживали победы.
Возвращаясь к Слуцкому: мне непонятно ни первое, ни второе. Я прекрасно знал, что мне нужно сделать. Особенно после того, как мы уже пропускали на последних минутах – и на 95-й, и на 87-й.
И когда я слышу подобные слова от коллеги-тренера, который публично пытается объяснить или оправдать мои действия, мне это, мягко говоря, непонятно. Я всегда говорю: если хотите что-то обсудить – мой телефон знают все в футбольном мире. Позвоните. Хотите поругать – поругайте лично, выскажите все, что думаете.
Помнишь ситуацию с Гусевым? Пока я сам с ним не поговорил, я ни разу публично не оценивал его поведение. Сначала личный разговор, а уже потом – если понадобится – публичные комментарии. Мне кажется, между тренерами должна существовать профессиональная этика. И особенно важно соблюдать ее тогда, когда человеку тяжело», – сказал Талалаев.
