Экс-игрок сборной России Арсений Логашов признался, что едва не загубил карьеру на ее начальном этапе.
– Как так получилось, что вы заиграли на профессиональном уровне в «Химках» и через два года уже оказались в «Анжи» с Это’о и Роберто Карлосом?
– Сам не понял, если честно (смеется). Константин Сергеевич Сарсания, царствие ему небесное, очень много помогал нам по жизни, в особенности мне. Если бы не он, я бы жил где‑нибудь в Курске на автовокзале, либо в канаве бы валялся.
У меня был хороший сезон в Первой лиге с (Александром) Григоряном в «Химках». А Константин Сергеевич тогда возглавил «Факел», забрал меня туда, параллельно я подписал контракт с «Анжи». Сарсания тогда свои дела в отношении меня передал Герману Ткаченко, а он занимался селекцией для «Анжи».
Мне сказали: «Поедешь на сборы, посмотрят на тебя». Первые были при (Юрии) Красножане. Если честно, я там выглядел не очень хорошо. На фоне таких футболистов было тяжело себя проявить сразу, чувствовал себя скованно, тем более в то время был не такой открытый.
Когда улетали в Москву со сбора, Юрий Анатольевич подозвал меня в аэропорту, спросил, пойду ли обратно в «Факел» в аренду? Я тогда попросил дать мне шанс поехать на еще одни сборы. Красножан согласился, и вот на следующих я уже чувствовал себя неплохо, тогда приехал и Олег Шатов, мне стало проще в коллективе.
Проявил себя в товарищеском турнире, но перед сезоном тренера убрали. Своя ситуация была. И пришел Гус Хиддинк, тогда уже были на последних сборах в Турции.
Как‑то так и получилось, что я попал в «Анжи». Хиддинк хорошо относился к молодым ребятам: ко мне, к Шатову.
