Бывший полузащитник «Локомотива» Дмитрий Тарасов рассказал, что игроки команды неоднократно оказывали финансовую поддержку болельщикам москвичей. При этом россиянин отметил, что нападающий Джефферсон Фарфан никогда не дает деньги на помощь фанатам.
– Мы слышали, что вы много раз вписывались за фанатов «Локомотива».
– Мы помогали, если в семьях случались какие-то трагедии. Я в такие моменты был посыльным. Собирал денежки в команде.
– На похороны, операции?
– Да. Увы, такое часто случается. Кто-то в институте учится и не может помочь родителям.
– Собираете деньги с российских футболистов или с легионеров тоже?
– Со всех. Подходишь с переводчиком. Без него игрок может подумать, что все это хи-хи, ха-ха. А тут серьeзная тема. Парни идут на встречу.
– Даже условный Фарфан?
– Нет, он – жадный, а все остальные помогают. Сидим в раздевалке. Определили какую-то сумму. Два дня на сбор. Один собрал, другой отдал и отчитался.
– Как понимаете в какой момент реально людям нужна помощь, а когда вас разводят на деньги?
– Верим фанатам, с которыми давно знакомы. А мошенников много. Если я сейчас открою сообщения в инстаграме, то в каждом втором будет написано «Помоги». Просто однажды я сказал, что этим занимаюсь. После этого мне стали ежедневно писать. При этом люди исчезают, не подтверждая, куда делись деньги. Прикрываются смертью. Я ведусь на это, перевожу деньги, и человек просто удаляет свой профиль. Поэтому я больше этим не занимаюсь.
– Какая самая крупная сумма у вас утекала?
– Просили деньги на автоматическое инвалидное кресло – более 200 тысяч рублей. Я перевeл деньги и люди исчезли. Было неприятно. После такого не хочется этим больше заниматься. Я сейчас могу открыть сообщения. Вот пишут. Это вообще сильно: «Привет, Саня! Помоги 400 рублей».
– Саня?
– Саня! Я даже это сфоткал. А так пишут: «Помоги, я из Челябинска. У друга день рождения». «Брат, скинь денег купить одежду перед учебой». На эти сообщения я даже не реагирую. А иногда присылают: «Я из Украины, жена заболела, нужна операция, а я работаю слесарем. Кредит – 55 тысяч». Хочется помочь, но на это отвечать уже не могу. Только если люди будут лично приходить, а не писать.
