Российский нападающий Иван Игнатьев рассказал, что в Алжире его называли в честь президента РФ.
– Как появился вариант с Алжиром?
– Были сборы с «Урарту». Первый написал, по-моему, брат Нобеля [Арустамяна]. Сказал, что в Алжире работает тренер, с которым мы пересекались в «Локомотиве». Йозеф Циннбауэр. Команда «Кабилия».
Согласился обсудить, контакт передали местному агенту. Тот в вотсапе прислал видео со стадиона – что меня и побудило поехать.
Очень соскучился по полным трибунам, понял, как сильно люблю эту атмосферу. Когда увидел ролик, сказал: «Да, я поеду».
– Что там за атмосфера?
– Стадион на 50 тысяч человек – полностью забит. 15-20 тысяч – прям ярые фанаты, которые жгут, скандируют весь матч.
Когда забил «КР Белуиздаду», одной из топ-команд страны и нашему конкуренту, такое на трибунах начиналось. Море файеров.
– Полиция не против?
– Часто выходило так: сначала происходит что-то такое, а потом две игры играешь при пустых трибунах, пока болельщиков снова не допустят.
– Узнавали на улице?
– Это вообще капец. Невозможно, чтобы не узнали. Выйдешь за продуктами, а кассирша тебе: «О, Путин». Так меня все болельщики называли.
Каждый второй, каждый третий. И это даже не преувеличение, не приукрашивание. Они там живут футболом. Плюс «Кабилия» – одна из самых популярных команд, народная.
– Ты забил пять за 15 матчей. Почему не остался?
– Хорошо отношусь к Алжиру, там прекрасные люди, но было немного непривычно в бытовом плане. Совсем другое все. Был рад вернуться в Россию. Пусть в «Оренбурге» и не получилось.